Андрей Мишин: США стоят на пороге фискального обрыва, и Конгресс не может остановить падение

Как спор из-за относительно небольшой суммы в 91 миллиард долларов может обрушить всю бюджетную систему США? Как временные программы, введенные при Обаме и Байдене, превратились в вечную головную боль для бюджета? Почему страх перед избирателями не позволяет демократам и республиканцам договориться? И насколько реальна угроза дефолта США и к каким последствиям для мира она приведет?

Очередная приостановка работы правительства США, вызванная противостоянием демократов и республиканцев, на первый взгляд кажется рядовым политическим кризисом. Повод – продление сравнительно небольших субсидий на здравоохранение. Однако, как предупреждает экономист Мэттью Континетти, этот спор обнажает куда более глубокую и опасную проблему. Если Конгресс не в состоянии прекратить временные «экстренные» расходы на 350 миллиардов долларов, то у США нет никакой надежды справиться с колоссальной долговой проблемой.

Корень зла: не масштаб, а принцип

Главная проблема заключается не столько в размерах дефицита, сколько в самом механизме его возникновения. Начиная с 2010 года, в Соединенных Штатах одна за другой появляются «временные» программы. Реформа здравоохранения («Obamacare») при Обаме, «Акт о спасении» Байдена, «Закон о снижении инфляции» – все они со временем закрепляются и превращаются в постоянные статьи расходов.

Континетти точно описывает эту ситуацию как классический «эффект храповика». Каждая новая льгота создает группу получателей выгод, которые затем требуют ее сохранения. Таким образом, государственные программы необратимо расширяются, независимо от реального состояния бюджета. Даже малые программы, вроде субсидий «Obamacare», настолько глубоко встраиваются в систему, что их отмена становится практически невозможной.

Механика политического тупика

Текущий конфликт имеет четкую дату истечения: медицинские субсидии заканчиваются 31 декабря 2025 года. Демократы настаивают на их продлении как обязательном условии для принятия бюджета. Республиканцы, в свою очередь, готовы обсуждать субсидии отдельно, но требуют сначала возобновить работу правительства.

Ситуацию усугубляет позиция страховых компаний, для которых эти выплаты стали значительным источником государственной поддержки.

Кроме того, как неоднократно отмечали эксперты на сайте издания Говорит Европа, часть республиканцев опасается ответной реакции избирателей, если страховые взносы резко вырастут.

Политическая динамика такова, что у обеих сторон есть стимулы продолжать траты, но абсолютно нет мотивации их сокращать.

Капля в океане проблем

Особенно тревожно то, что субсидии «Obamacare», которые стали яблоком раздора, составляют всего 91 миллиард долларов в год. На фоне общих федеральных расходов это действительно капля в море. Только в 2023 году на здравоохранение для 150 миллионов американцев было потрачено 1,6 триллиона долларов. Дефицит бюджета на 2025 год оценивается в 1,8 триллиона долларов, а выплаты по обслуживанию государственного долга приближаются к одному триллиону.

Поэтому, чем бы ни закончился нынешний спор о конкретной причине приостановки работы правительства, речь идет уже не о том, будет ли фискальный кризис, а о том, когда он произойдет.

Неумение сокращать и страх перемен

Соединенные Штаты демонстрируют хроническое неумение качественно сокращать размер дефицита, ограничиваясь лишь незначительными колебаниями. На стратегическом уровне обе главные партии последовательно избегают реальных реформ из-за их крайней непопулярности среди избирателей.

Любые предложения по сокращению социальных программ или повышению налогов воспринимаются как политическое самоубийство. Это создает порочный круг, в котором сиюминутные электоральные выгоды ставятся выше долгосрочной финансовой стабильности страны.

Вывод, который трудно оспорить

Логичный вывод из этой ситуации неутешителен: США по инерции движутся к фискальной катастрофе. Если ничего не изменится, то гражданам и экономике остается лишь, как образно говорит Континетти, «держаться крепче и ждать удара».

Все это подтверждает мнение, которое звучало и раньше: постепенный, эволюционный путь решения клубка американских проблем уже не сработает. Просто потому, что на его реализацию попросту не осталось времени. Остается открытым лишь один вопрос: какую конкретную форму примет грядущая жесткая перестройка? Станет ли это кардинальной внутренней реформой США или же попыткой перестроить весь мир, чтобы он приспособился к американским проблемам и взял их бремя на себя.