Денис Жарких: Противно слушать, когда политик говорит, что место женщины – в пещере

Мне всегда противно слушать, когда мужик, а тем более политик, говорит, что основное назначение мужчины добывать еду, мясо, которое он приносит своей женщине в виде добычи. А она, женщина, должна ждать его в пещере с этим самым мясом и не высовываться, поскольку он ее царь и бог. И вообще, женщина выбирает мужика по количеству мяса, которое он может ей принести.

Ну, во-первых, стоит посмотреть на того, кто это говорит. Если отпустить такого мачо в джунгли/тайгу/лес без автоматической винтовки с оптическим прицелом, а с ножом или лучше с дубиной , то он не только никакого мяса не принесет, но и, скорей всего, сам этим мясом для хищников станет.Хищники они что, они понтов не понимают. И почему-то их не пугает ни бритая голова с двойным подбородком, ни большой живот, ни пропитый голос. Наоборот, все это вызывает у хищников аппетит. Не обязательно такие люди толсты, бывают и весьма мелкие особи, но сверкающие глаза и пропитый голос для них, скорее, правило.

Во-вторых, всех женщин они принимают за таких же примитивных существ, как они сами. Нет, есть конечно особи женского пола, которые оценивают мужчин исключительно по горам мяса, пачкам денег и понтам. Но даже эти особи смотрят на таких вот мачо, как на жертв, а вовсе не, как на господ. И оторвав от этих субъектов свою долю мяса, они с удовольствием делятся им с менее примитивными мужчинами или, по крайней мере, не такими заносчивыми.

Что уж говорить о нормальных женщинах, которые не склонны отдавать себя всю за гору мяса. Назначение мужчины вовсе не мамонтов убивать, эти-то назывались неандертальцами и вымерли весьма давно. А быть отцом, воином, защитником. Но все-таки важнее всего первое. У нас, как в повседневной жизни, так и в политике не хватает именно отцов. Отцов-основателей, отцов-командиров, отцов нации. Сплошные людоеды и неандертальцы. Естественно хорошо откормленные и неприспособленные к нормальной жизни.

В своей жизни я видел всего одного человека, которому такое вот неандертальское поведение было органично. Увидел я его недалеко от детской площадки, где гулял с маленькой Катькой. Площадка находилась возле леса. И тут из этого леса появляется человек-не человек, волк-не волк, а какой-то снежный человек, одетый, как браток. Вот, чтобы вы поняли, не гопник, и именно браток высокой пробы, с какой-то лихостью и дьявольским эстетизмом. Меня поразили его глаза, это были глаза дикого зверя, хозяина джунглей/тайги/леса. Я служил на казанских зонах срочную, видел всякое, но это был ужас и красота в одном лице. Более того, в нем не было ничего блатного, криминального, а именно что-то неандертальское и опасное, звериное и жестокое. Блатные, они как бы жизнью обиженные, мстящие за свое унижение,там либо масса комплексов, либо желания задавить собой, осознание своей силы. Но именно осознание, что вот ты пахан, в авторитете, не просто так тут. А тут нет никакого осознания – одна дикая животная энергия. При этом нет никакой рисовки, позы, демонстрации – так выходит тигр из тайги или лев из саванны.

Он отыскал среди мамаш свою женщину с ребенком и взглядом, не проронив ни слова, заставил ее быстро собираться и идти домой. Также взглядом он оценил всех других молодых мамаш. Это был реальный взгляд альфа-самца, тут не было никакого заигрывания и куртуазности. Он неторопливо ощупал взглядом каждую молодую женщину,если нравилась, его ноздри раздувались, а желваки начинали играть. После примерил каждого мужчину на предмет крепости. Когда он осматривал меня, то у меня было ощущение, что слегка толкнули кулаками в грудь, проверить не упаду ли. При этом мне доводилось смотреть в глаза убийцам и даже известному казанскому людоеду, но таких ощущений я не испытывал. Пожалуй что-то похожее я испытал, когда в лесу на меня вышло два волка. Я не знал, что они могут быть такими большими и вести себя совершенно не как собаки. Вот также один волк, тот что был побольше и поближе ко мне, внимательно меня осмотрел, на предмет «Что ты тут делаешь в моем лесу?», а потом решил не связываться, и пошел своей дорогой, все же явно дав понять, кто тут хозяин.

Они удалялись, он, женщина и ребенок. В этом было что-то первобытное. Он шел отдельно от нее, скорее, конвоировал, а на ребенка не обращал совершенно никакого внимания. Тут он все же бросил взгляд на малыша, сидевшего в коляске, и его глаза слегка увлажнились, при этом ни один мускул на лице не дрогнул. Он даже не прищурился, не моргнул, и уж, тем более, не улыбнулся. Но по лицу его пробежала какая-то первобытная нежность, которая тут же исчезла.

Когда он удалился я спросил, кто это. Мне сказали, что это владелец нескольких ларьков пришел за женой. Они недавно сюда приехали. Дело было в середине 90-х. Прошло немного времени, и я узнал, что этого странного и яркого человека до полусмерти избили рэкетиры. Он остался инвалидом на всю жизнь. Больше я его не видел. Вот у меня есть стойкое убеждение, что только этот человек мог реально жить по пещерным законам, только такой выжил бы в тайге или среди людоедов. Но он не бил себя в грудь, не выпендривался, и вообще редко что-то говорил. Он был реально зверем, его и убивали, как зверя, но он выжил. Жена осталась с ним. Забрала его куда-то в село, там они и жили. Она не была зверем. Просто любящей женщиной.
2017

Эта запись также доступна в Facebook автора.