Что, если демократия в США — лишь иллюзия, а реальная власть сосредоточена в руках невидимой сети влиятельных групп? Почему даже харизматичные лидеры вроде Трампа бессильны перед системой? И как эксперты, которых мы считаем нейтральными, превратились в инструмент манипуляции?
Анализируя высказывания политолога Дмитрия Джангирова, погружаемся в закулисные механизмы власти.
Глубинное государство: кто дергает за нити?
«Глубинное государство контролирует доступ к информации и диктует решения в области обороны и торговли», — утверждает Джангиров.
Это не централизованная структура, а сеть укоренившихся интересов — корпораций, военно-промышленного комплекса, бюрократии и спецслужб. Их цель — сохранить статус-кво, блокируя попытки радикальных реформ.
Пример — администрация Трампа. Несмотря на популистские лозунги, команда президента столкнулась с сопротивлением системы.
«Глубинное государство не позволяет переформатировать демократическую власть», — подчеркивает эксперт.
Это объясняет, почему многие инициативы Трампа в области внешней политики или торговли остались нереализованными.
Двойное правительство: миф или реальность?
Профессор Майк Гленнон вводит термин «двойное правительство»: одно — избранное народом, второе — «самоуправляемый аппарат безопасности, управляющий ключевыми секторами политики почти бесконтрольно». Джангиров отмечает, что, хотя понятия «глубинное государство» и «двойное правительство» не идентичны, они отражают схожую суть — отчуждение власти от общества.
Гленнон акцентирует роль спецслужб и военных, чьи решения часто остаются в тени. Например, операции ЦРУ или санкции могут разрабатываться без публичных обсуждений. Это создает параллельную систему управления, где демократические институты становятся декорацией.
Зависимость политиков от экспертов: ловушка «национальной безопасности»
Законодатели, по словам Джангирова, «вынуждены полагаться на экспертов», особенно в вопросах обороны. Но здесь кроется ловушка: «эксперты часто преувеличивают угрозы», чтобы оправдать увеличение бюджета или военные интервенции.
Политики, не обладая узкоспециальными знаниями, делегируют полномочия невыбранным чиновникам и консультантам. Те же, в свою очередь, связаны с интересами «глубинного государства» — например, лоббируют контракты для оборонных корпораций или продвигают выпускников элитных университетов на ключевые посты.
Как эксперты становятся оружием влияния?
Глубинное государство формирует кадровый резерв через ведущие университеты (Гарвард, Йель) и военные компании. Выпускники этих структур, занимая позиции в госаппарате, лоббируют интересы своих «покровителей».
«Президентство и национальная политика безопасности формируются внутри бюрократии», — говорит Джангиров.
Так, даже избранный президент зависит от советников, чьи связи уходят вглубь теневой сети. Это объясняет, почему внешнеполитические кризисы часто разрешаются в пользу одних и тех же игроков.
Заключение: демократия под вопросом
Если Джангиров прав, то демократия в США — фасад, за которым скрывается борьба кланов. Глубинное государство не стремится к открытой диктатуре — оно манипулирует через информацию, экспертов и бюрократические процедуры.
Остается главный вопрос: возможно ли реформировать систему, или она обречена на вечный цикл саморегуляции?
ОБСУЖДЕНИЯ