Какие реальные, а не декларативные, договорённости Трампа и Путина? Почему украинская экономика уже не существует? Что такое проект БРИКС и как он может спасти Украину?
Быстрый переход:
На вопросы зрителей и читателей ответил Евгений Мураев – украинский оппозиционный политик. Говорит Европа приводит подробности.
Трамп, Путин и Зеленский: тактические манёвры против стратегии Большой игры
Главное место в эфире занял анализ недавней встречи лидеров. Мураев скептически оценивает возможность скорого мира, считая, что тактические подвижки не меняют стратегической заинтересованности ключевых игроков в продолжении конфликта.
«То, что сейчас происходит — это какие-то тактические изменения. Стратегически война в первую очередь выгодна демократам, она выгодна глобалистам, она выгодна их ставленникам в Европейском Союзе, она выгодна военному лобби, она выгодна тем, кто получил свои бенефиты от санкционной политики».
Мураев видит в Трампе прагматика-коммерсанта, который уже получил свою долю с Европы и теперь выстраивает новые схемы с Россией, в частности, в энергетической сфере, где интересы Вашингтона и Москвы парадоксальным образом сходятся.
«Трамп в первую очередь бизнесмен. Он, вероятно, возьмёт под контроль эти углеводороды. США и Россия будут влиять на стоимость энергоресурсов в Европе. Это позволит им контролировать промышленность и экономику Европейского Союза».
Украина как разменная монета: почему Зеленский не субъект, а объект политики
Один из самых жёстких тезисов Мураева — это полная несамостоятельность украинской власти. По его мнению, Зеленский является исполнителем воли внешних кураторов, в первую очередь — Великобритании, и не может принимать суверенные решения.
«Зеленский не в том положении, чтобы выдвигать какие-то условия. Украина полностью управляемое государство. Во-первых, Украина находится на содержании. Эти деньги дают под определённые условия. То есть их дают и говорят: «Ну ты ж, Вася, делай вот это»… Он не является субъектным».
Любые попытки Зеленского отклониться от заданного курса, по версии Мураева, жёстко пресекаются, о чём свидетельствует искусственно раскручиваемый информационный повод вокруг генерала Залужного как его потенциальной замены.
«Как только появился риск каких-то договорённостей, пошли слухи о том, что Валерий Залужный организовал работу предвыборного штаба. Зеленскому послали неприкрытый сигнал».
Крах экономики и демографии: суровая реальность 2025 года
Мураев рисует беспросветную картину экономического состояния Украины. Его главный месседж: страны в её привычном понимании больше нет, она существует лишь как проект по выживанию на иностранные дотации.
«Экономика Украины больше не существует – от слова «совсем». Друзья, когда у вас 60 млрд расходов, а 40 вам дают займы, вас нет, вас не существует. Нас просто нет».
Война, по его словам, привела к необратимым демографическим и экономическим последствиям: уничтожены высокотехнологичные предприятия, лучшие кадры либо уехали, либо гибнут на фронте, а оставшиеся ресурсы заложены кредиторам.
«Построить новый «Мотор Сич» не в состоянии никто. Это технологии, которые мы получили в наследство после распада Советского Союза. То, что разрушается сейчас, дай бог, чтобы мы с вами смогли восстановить, а те кадры, которые мы сейчас теряем; дай Бог, чтобы мы с вами потом смогли вернуть».
БРИКС как единственный шанс: почему будущее не за Европой, а за многополярным миром
В противовес курсу на евроинтеграцию Мураев предлагает радикально иной вектор развития — ориентацию на БРИКС. Он видит в этом объединении не только экономическую перспективу, но и цивилизационный выбор.
«БРИКС по объему валового внутреннего продукта превышает G7. Европа в ближайшие 5-7 лет может столкнуться с финансовыми трудностями. Я уверен в этом».
Его аргументация строится на том, что Европа видит в Украине лишь «таран» против России, а после окончания конфликта интерес к ней будет утерян. В то время как страны БРИКС, в первую очередь Китай, заинтересованы в реальных инвестициях и технологической кооперации.
«Нам нужны рабочие места, нам нужны предприятия, резиденты, которые будут платить налоги. Нам нужны инвестиции в производство, а не кредиты. Поэтому я всегда и говорю: «Друзья, нам не надо смотреть на ЕС. Там нас не ждут. Нас там ждут как придаток»».
Полная версия онлайн-общения – на видео.
ОБСУЖДЕНИЯ