В эфире проекта «Говорит Европа» и в на вопросы зрителей ответил Евгений Мураев – депутат Верховной рады Украины VII и VIII созывов, владелец телеканала «НАШ».
Приводим основные цитаты:
Можно ли вернуть Донбасс в нынешнюю националистическую Украину? Если можно, то как?
«Нельзя. Нужна новая формула страны; нужны новые отношения между регионами и центром. У нас президент, когда приходит [к власти], становится президентом какой-то части страны и начинает своё мировоззрение натягивать на всю [Украину]. Оно рвётся, трещит по швам, вызывает противостояние. Так не работает!… Но пока Зеленский мыслит в старых парадигмах Порошенко, где мир делится на патриотов и «вату». И это проблема».
А Крым можно вернуть в нынешнюю Украину?
«Я, когда слышу про «Крымскую платформу», я смеюсь. Потому что в Крыму на законодательном уровне три национальных языка: русский, украинский и крымско-татарский. В Крыму дешевле тарифы, выше зарплаты у бюджетников. Ну, объясните мне: почему они должны вернуться? Потому что Зеленский так сказал? Или потому что он тут накрыл поляну и хорошо погулял?»
Кто больше всех заинтересован в продолжении конфликта в Украине?
«Я абсолютно уверен, что из конфликта в Украине максимум выжимают США, теряют больше всех ЕС и Россия. Вернее, мы с вами потеряли больше всех. Нас используют как инструмент, в первую очередь, против России и большой Европы в общем понимании Шарля де Голя. Если Вы помните, велись переговоры о континентальном объединении; этому как раз помешал конфликт в Украине; далее – двусторонние санкции, попытка понравиться друг другу и соответствующие потери».
Зеленский способен вернуть мир в Украину?
«Если не хотеть договориться, то никогда не договоришься. Если нужна не позиция, а поза, чтобы выступать с высоким слогом с трибуны ООН, а ничего в стране не менялось, всё так же гибли и уезжали из страны люди, то наша власть на правильном пути. Друзья, семь лет – достаточный срок, чтобы понять, что та политика неверна; и, чтобы быть эффективным, надо её поменять и поменять подходы. Скажите, а пробовал Зеленский поехать в Москву и договориться? Если бы поехал и не договорился, то мы бы сказали: «Да, [эта схема] не работает». Но он же даже не попробовал! А пробовал ли провести прямые переговоры с неподконтрольными «республиками»? Не пробовал, правда? Мол, «с террористами переговоров не ведут». Но позвонить луцкому террористу, который захватил автобус, президент почему-то может. То есть ещё раз говорю: власти не выгодно, ей просто не разрешают мирно урегулировать [конфликт] и помириться с соседями».
Как же закончить войну на Донбассе?
«Когда в Испании закончилась гражданская война, она закончилась переговорами, всем поставили общий монумент; и 20 лет на законодательном уровне запретили вообще обсуждать, кто прав и кто виноват. Друзья, а как помириться по-другому? Нужна амнистия. Какая она должна быть? Это тоже понятно: амнистировать нужно тех солдат, которые не совершали преступления против мирного населения, кто не мародёрил, кто не насиловал. Если солдат из окопа в окоп стреляет, то он солдат, он получил приказ. Но если он пошёл «отрываться» на мирном населении, то он преступник. Если он стрелял по жилым домам, – он преступник; и таких надо судить. Остальных придётся амнистировать, и обсуждать это будет очень сложно. У этой войны не будет героев. Друзья, всё равно придётся пройти этот путь».
Полная версия онлайн-общения — на видео.
ОБСУЖДЕНИЯ