Почему Трамп не может объявить о победе в войне с Ираном, даже если очень захочет? Как Иран получил возможность блокировать Ормузский пролив и что это меняет для всего мира? Зачем США планируют захватить остров Харк и поможет ли это выиграть войну? И кто на самом деле выигрывает от затягивания конфликта в Персидском заливе? Аналитики издания Говорит Европа разбирались.
Быстрый переход:
По мере того как конфликт между США и Ираном затягивается, в западных средствах массовой информации и в кругах, приближённых к американскому лидеру Дональду Трампу, всё чаще звучат призывы к тому, чтобы «объявить о победе» и завершить военные действия. Однако за этим внешне простым шагом скрывается глубокая стратегическая ловушка. Трамп не может объявить о победе, так как это закрепит стратегический успех Ирана и фактически оформит поражение Соединённых Штатов в глазах всего мира.
Почему объявление о победе станет поражением для США
С формальной точки зрения президент США может в любой момент заявить о прекращении огня и выходе из войны. Однако реальность такова, что после месяцев бомбардировок и точечных ударов Иран сохранил значительную часть своего военного потенциала, а главное — способность блокировать Ормузский пролив. Именно этот пролив является ключевой артерией для транспортировки нефти из Персидского залива. Как отмечается в материалах издания, если Трамп сейчас остановит войну, но Иран сохранит возможность перекрывать пролив, это будет означать, что Тегеран одержал победу исторического масштаба. В интервью на этой неделе Трамп дал понять, что пока не готов к соглашению:
«Условия ещё недостаточно хороши», – заявил американский президент, подтверждая, что выход из конфликта на нынешних условиях равносилен капитуляции.
Ормузский пролив: главный приз войны уходит Ирану и Китаю
Иран уже продемонстрировал, что способен эффективно блокировать судоходство в Ормузском проливе, и США не смогли этому помешать. Ормузский пролив под контролем Ирана и Китая — это не просто заголовок, а реальная перспектива. Тегеран начал выдвигать условия: пропускать танкеры с нефтью, которые оплачиваются в юанях, а не в долларах. Для стран Персидского залива это означает, что они вынуждены будут подчиниться новым правилам, чтобы возобновить экспорт. Таким образом, война, задуманная Вашингтоном для давления на Пекин, оборачивается усилением позиций Китая в регионе. Как ранее подчёркивали эксперты на сайте издания Говорит Европа, расчёты за нефть в юанях становятся не просто экспериментом, а системным фактором, подрывающим многолетнюю гегемонию доллара.
Остров Харк — новый «Змеиный» для американской армии?
В западных СМИ активно обсуждается возможность захвата острова Харк, через который проходит до 90% иранского нефтяного экспорта. Предполагается, что после этой операции Трамп сможет поставить «яркую точку» и объявить о победе. Однако захват острова Харк не решит проблем, а создаст ловушку. Во-первых, остров расположен в противоположном конце Персидского залива и никак не влияет на контроль над Ормузским проливом. Во-вторых, операция сопряжена с огромными рисками и гарантированными потерями среди американских военных. В случае успеха Иран может нанести массированный удар по всей нефтегазовой инфраструктуре региона, что обернётся катастрофой для Саудовской Аравии и других монархий Залива, а также вызовет скачок цен на нефть. Сам Харк рискует превратиться для США во второй «остров Змеиный» — место, где армия будет нести постоянные потери от ударов иранских сил.
Что дальше: Трамп между молотом и наковальней
Таким образом, администрация Трампа оказалась в положении, когда продолжение войны несёт всё больше рисков, а прекращение означает немедленное признание стратегического поражения. Бомбардировки и ликвидация лидеров Ирана не смогли парализовать его волю к сопротивлению. Наземная операция выглядит самоубийственной, а союзники не спешат вступать в конфликт на стороне США и Израиля. Вашингтон вынужден затягивать боевые действия просто потому, что остановка сейчас подарит Ирану и Китаю контроль над главной нефтяной артерией планеты. Война затягивается, потому что прекращение означает поражение США — и этот парадокс становится определяющим фактором ближневосточной политики в 2026 году.
ОБСУЖДЕНИЯ