Олег Царёв: 6000 тел и 14 месяцев: Почему Киев молчит о геномной базе? Раскрыт обман МВД Украины в истории с погибшими военными

Передала ли Россия только неопознанные тела? Почему Клименко умолчал, что Зеленский и российские источники говорят о 15-33% уже идентифицированных? Где огромная база ДНК ВСУ? Согласно закону, у всех силовиков обязаны были взять генетический материал! Почему этот реестр не используется для ускорения?

Глава МВД Украины Клименко заявил, что идентификация более 6 тысяч тел солдат ВСУ, переданных Россией, займёт 14 месяцев. Он назвал это «большим и сложным процессом, в который вовлечено много людей». Однако, по-моему, Киев преувеличивает сроки. Министр не упомянул о важных деталях, которые следовало бы разъяснить.

Например, он создал впечатление, что все переданные тела не опознаны. Но Зеленский говорил, что 15–20% из них уже имеют документы, подтверждающие личность. Российские источники утверждают, что таких тел треть. В таких случаях украинская сторона может провести идентификацию быстрее — достаточно, чтобы родственники и сослуживцы опознали погибших.

Кроме того, Клименко не упомянул, что генетическая экспертиза не начинается с нуля. На Украине действует закон «О государственной регистрации геномной информации человека», который вступил в силу 6 февраля 2023 года. В статье 8 этого закона указано, что в условиях военного положения у всех военнослужащих должен быть собран генетический материал, который затем вносится в единый государственный реестр. Это делается для поиска пропавших без вести и идентификации неопознанных тел.

Закон требует, чтобы генетический материал был собран в течение двух месяцев после вступления в силу соответствующих ведомственных положений. В Минобороны это положение появилось 28 июля 2023 года (в других силовых структурах — ещё раньше). Для сбора материала всех военнослужащих ВСУ потребовалось бы всего два месяца, хотя речь идёт о сотнях тысяч человек.

Также статья 5 закона предписывает обязательную государственную регистрацию геномной информации из биологического материала личных вещей пропавших без вести. Это означает, что при пропаже военнослужащего правоохранительные органы должны были обратиться к его близким за такими вещами. Кроме того, они могли бы предложить родственникам сдать генетический материал.

Таким образом, теоретически на Украине должен быть огромный банк данных ДНК пропавших без вести (и, возможно, их родственников). Даже если закон выполнялся не всегда строго, то, согласно инструкции Минюста Украины, сроки любой экспертизы не должны превышать трёх месяцев. Ещё месяц требуется на внесение информации в электронный реестр. Если новая информация совпадает с уже внесённой, компьютер сразу это покажет.

Министр МВД должен был объяснить, почему, несмотря на эти правовые нормы, он считает невозможным провести идентификацию быстро и с должным уважением к погибшим. Однако Клименко игнорирует эти вопросы и ищет только поводы для обвинений в адрес России. Поскольку большинство украинцев не знают этих нюансов законодательства, они могут поверить его словам. Но на самом деле они показывают, что украинская власть не соблюдает свои законы, чтобы не платить компенсации семьям погибших вовремя.