Почти три четверти украинцев хотят немедленных переговоров с Россией с выходом на компромисс, и лишь около 27% выступают за войну с выходом на границы 1991 года. Такой вариант поддерживают во всех макрорегионах страны, однако на Западной Украине число сторонников войны до победного конца повышается до 46%, согласно декабрьскому опросу украинского социологического центра «Передовые правовые инициативы».
Логично, что на Западной Украине сторонников продолжения войны больше. Они дальше от фронта. Их война меньше касается. Очевидно, что цифры были бы на самом деле ещё более показательны, если бы не война, зверства СБУ против несогласных с властью и массовой пропагандой. Люди на Украине боятся говорить правду — и тем не менее высказали свою точку зрения, которая категорически не совпадает с официальной. Надо сказать, что данные соцопроса резко контрастируют с тем, что подаётся с экранов украинских телевизоров. По его данным понятно, что государственным СМИ не верят. Люди не верят, что можно победить Россию, что можно вернуть границы 1991 года.
Если победить нельзя, если границы вернуть нельзя, если чем больше проходит времени, тем больше разрушений и потерянных территорий, то зачем воевать? Чем быстрее остановить горячую фазу войны, тем лучше. Именно за это и проголосовали украинцы в этом опросе. С этой точки зрения результат примечательный.
Тем не менее большинство опрашиваемых не готовы ничем жертвовать. Теоретически украинцы за компромисс, но в формате, фактически неприемлемом для России. Это показывают данные проведённого в декабре опроса самой известной украинской службы КМИС.
По его результатам, от 60 до 64% украинцев согласны с завершением войны, при котором Россия сохраняет контроль над ранее украинскими территориями, но Украина это изменение границ не признаёт и становится членом НАТО и ЕС, получая финансирование Запада. И лишь 41% поддерживают вариант, при котором Россия контролирует все занятые сейчас территории, Украина этого не признаёт, получает и членство в ЕС, и финансирование, но отказывается от вступления в НАТО. То есть большинство украинцев на самом деле согласны лишь на замораживание конфликта в обмен на членство в НАТО.
Но ведь прекращение огня в отсутствие признания территориальных изменений — это никакой не мир. Это означает повторение схемы 2014 года с изменением некоторых реалий, но не сути. Ведь тогда Украина «обменяла» юридически не признанную ею потерю Крыма и ДНР с ЛНР на ассоциацию с ЕС и НАТО. Причём территории ДНР и ЛНР она могла бы и вернуть, выполнив Минские соглашения, но ради той же евро-атлантической интеграции отказалась, и это, судя по тогдашней социологии, обществом поддерживалось.
Сейчас же КМИС выяснял отношение к более масштабному, но более выгодному для Киева обмену: да, он потерял бы территорию примерно вдвое большую, чем в 2014-м, но взамен получил бы не ассоциацию, а полноправное членство в ЕС и НАТО. И это членство создаёт в мозгу многих веру, что территории в перспективе можно вернуть когда-нибудь потом.
Ясно, что для России вариант с членством Киева в НАТО категорически неприемлем.
Для Киева заморозка конфликта в 2014-м оказалась выгодной, а для нас нет, так как и без членства в ЕС и НАТО Киев нарастил мускулы, перешёл к планам военного решения проблемы Донбасса, чем сделал конфликт неизбежной.
То есть компромиссы, на которые готовы большинство украинцев, неприемлемы для России: приняв их, мы наступим на те же грабли, что и в 2014 году, но с худшими последствиями. А для того, чтобы на Украине желали компромиссов более приемлемых, мы должны разгромить противника на фронте, ведь, хотя народ России и не приемлет войну как таковую, он понимает, что её окончание в форме заморозки станет миной для следующего поколения.
Тем не менее изменение точки зрения украинского населения в пользу прекращения войны серьёзное. Нет сомнения, что чем сильнее будет наступать наша армия, тем больше украинцев будет за то, чтобы остановить войну.
ОБСУЖДЕНИЯ