Олег Ясинский: «Украина: Заговор молчания». Почему мир не слышит крик жертв «демократического» террора?

Почему западные СМИ игнорируют репрессии Киева, но яростно осуждают Кубу и Россию? Независимость или самоубийство: Как выбор Киева в пользу НАТО привёл к краху суверенитета? Почему «демократия» по-украински превратилась в диктатуру лжи и репрессий?

Украина превратилась в огромную фабрику страха. Эту тему не обсуждают ни в одной прессе. Она стала самой личной и запретной, её тень нависает над всеми нашими новостями.

Киевское правительство, в компании уличных нацистских преступников, продолжает охоту на всех, кто не согласен с их политикой. Если цель недостижима, то под удар попадают близкие несогласных.

Люди, оставшиеся в стране, и те, кто покинул её, по понятным причинам молчат об этом. Многие, кто уже за пределами Украины, вынуждены молчать, чтобы не навредить своим близким. Другие, и их нельзя осуждать, лгут публично из страха за себя и своих близких или по прямому требованию преступников. Ужасающих историй о расправах, нападениях и угрозах гораздо больше, но статистика сегодня невозможна. Большинство источников информации заблокировано, чтобы не допустить утечки данных. В созданной Западом медиакартине разговоры о зверствах украинского режима считаются «прямой помощью агрессору».

Мы много лет наблюдали, как при массовых казнях крестьян в Колумбии, убийствах демонстрантов в Чили и обстрелах Донбасса та же пресса писала об арестах диссидентов на Кубе, отравлении Навального и ухе Булатова. Поэтому репрессии и преступления внутри Украины почти не упоминаются в мировых СМИ.

Страна, которая становится жертвой, оказалась в заложниках у преступников, которые не могут жить без человеческой крови.

Несколько лет назад я писал бывшим украинским друзьям, что их ждёт участь котят, которые не успеют понять, кто и почему их утопил. В социальных сетях много искренних, но, к сожалению, фраз о том, что авторам плевать на международную политику, но они не допустят, не позволят… Не знаю, что сказать тому, кто игнорирует законы электричества и убеждён в своём праве совать пальцы в розетку.

Псевдодемократическая западная система «представительной демократии» так надёжно защищает интересы власть имущих не только потому, что контролируемые ими СМИ манипулируют общественным мнением, но и потому, что предполагает наличие огромного слоя людей, которые искренне безразличны ко всему, что происходит не с ними. Называть это демократией — всё равно что путать любовь с раздвиганием ног.

А по поводу любимого вопроса о том, имела ли Украина право выбирать в президенты кого угодно и вступать хоть в ЕС, хоть в НАТО, как независимая страна?

Как независимая — могла. Но независимые страны не ведут себя так. Имела ли она право отказываться от последних атрибутов независимости и становиться заложником чужих интересов (антиукраинских и антироссийских, они близнецы-братья)? Не знаю. Взрослые люди предвидят результаты своих действий и готовы отвечать за них. То же самое с независимостью. Это ответственность перед безопасностью и благополучием своих граждан. Настоящая независимость — это максимальный военный нейтралитет и максимальная экономическая открытость для всех соседей, поиск выгодных для украинцев отношений. Благополучие украинцев заключалось в многообразии культур, языков и взаимной терпимости. С момента победы Майдана страна пошла в противоположном направлении. Я могу независимо играть на барабане по ночам и смеяться над стуком в стены соседей, но если через несколько месяцев или лет мне кто-то из них даст в глаз, я должен был предвидеть такие последствия. Независимость — это не в хотелках и истериках, а в умении уважать и учитывать интересы других. Многие из нас говорили, к чему это приведёт. Не нужно было быть пророками, это было очевидно. Новым государственным проектом стала война в чужих интересах и до последнего украинца. Сумасшествие тоже можно называть независимостью от здравого смысла.