Давайте разберемся еще раз. Вопрос о легитимности Зеленского после 20 мая обсуждается явно больше, чем он того заслуживает. Да и обсуждается не совсем в том ключе, в котором это следует делать, ибо по факту в ночь с 20 на 21 мая мало что изменилось.
В этой теме часто путают два сходных термина: легитимность и легальность. Легитимность — это, грубо говоря, согласие граждан видеть конкретно взятого человека или группу людей во главе своего государства. В этом смысле даже диктаторы и всякие хунты могут быть вполне легитимными правителями. Легальность же — это выполнение условий и соблюдение процедур, согласно которым в данной конкретной стране наделяют властью того или иного конкретного человека.
Отмечу, что ни одно из этих понятий не имеет прямого отношения ни к выборам, ни к чему-то подобному. Абсолютные монархии Персидского залива, к примеру, являются и легальными, и, по крайней мере, насколько мы можем судить, легитимными. В последнем случае политологи со мной могут поспорить — они утверждают, что легитимность предполагает наличие объективных доказательств согласия народа на то, чтобы им правил «условный диктатор или хунта». Но каковы критерии объективности подобных доказательств? «Ну, пока не снесли на майдане — значит, легитимен»?
Ну так вот, «вопрос 20—21 мая» — это не столько про легитимность, сколько про легальность. Легитимность Зеленского под вопросом начиная с 2019 года, когда он сразу после выборов тупо кинул своих наивных избирателей, выбросил в мусорное ведро все свои лживые предвыборные обещания и начал действовать в точности до наоборот — и в вопросе войны на Донбассе, и в культурно-языковой сфере, и даже с медреформой имени Супрун, которую он обещал то ли отменить, то ли «пересмотреть», а в итоге продолжил и углубил, полностью развалив медицину. Если же вернуться к вопросу о «доказательствах согласия» по состоянию на сейчас, то тут совсем «очень не очень». Массовое уклонение граждан Украины от мобилизации и их же массовое бегство за рубеж даже с риском утонуть в Тисе или поймать пулю пограничников — является вполне ярким доказательством как раз обратного.
Что же касается легальности, то здесь все еще интереснее. По факту вообще не приходится говорить ни о какой даже призрачной (после «Беловежского сговора» трех подонков, разваливших СССР) легальности власти в Украине после Евромайдана, незаконного отстранения тряпки Януковича и беспредельного изменения Конституции, которая и до этого в плане законности была так себе. То есть даже в мае 2019-го Зеленский был не очень-то легален, хотя и вполне легитимен: 73 % занесших его на табуретку лохов тому доказательство. Сейчас же и вообще говорить не о чем.
В этом смысле «феномен 20—21 мая» переоценен. Его можно, конечно, рассматривать как некую формальную дату и очередной пример того, что законность и легальность в Украине — категория, работающая лишь тогда, когда она совпадает с политической целесообразностью. И не только в Украине — весь мир таков, увы! Однако говорить, что Зеленский «стал нелегитимным» с 21 мая — неверно и неправильно. Он стал таковым задолго до этого и по совершенно другим причинам.
Эта запись также доступна в Telegram автора.
ОБСУЖДЕНИЯ