Почему дети высокопоставленных украинских чиновников учатся за границей, пока других детей заставляют готовиться к войне? Как культура ненависти, насаждаемая на официальном уровне, уничтожает настоящую украинскую идентичность? Почему Европарламент почтил память преступника, но проигнорировал убитого политика, выступавшего за мир? И почему западные спонсоры войны не хотят ее завершения, а лишь подливают масло в огонь?
Размышляя о возможных последствиях конфликта, я прихожу к выводу, что для настоящего мира это недопустимо (война в умах). И здесь возникают серьезные трудности. К примеру, недавнее заявление о сохраняющейся «ненависти» между сторонами лишь констатирует поверхностный симптом, а не глубинную болезнь.
Важно разделять эмоции, навязываемые пропагандой, и реальные чувства. Со стороны России нет ненависти к простым украинцам. Однако отношение к правящей группе в Киеве можно охарактеризовать как глубокое презрение к методам ее работы. Совершенно иная картина наблюдается на другой стороне. Там ненависть не просто сохраняется — ее планомерно культивируют и поощряют на государственном уровне.
В России в официальном дискурсе не допускается пренебрежительное написание названия Украины, использование бранной лексики в новостных сообщениях. Отсутствует и тот самый культ смерти и вражды, который целенаправленно внедряется властями в Украине. Там же это стало частью государственной политики. Гражданам внушают, что их национальная идея заключается в уничтожении русских, якобы мешающих жить и угрожающих их идентичности.
В сознание людей внедряют ненависть, которая является главным препятствием к миру. Тех, кто отказывается принимать эту военную истерию и «танцы на костях», подвергают травле и проклятиям. Ярким примером стала история с комиком Кириллом Ганиным, который назвал «идиотами» мужчин, утонувших при попытке уехать из Украины, и призвал других «не бояться умереть на войне». Примечательно, что сам он при этом не служит в армии. Это наглядная иллюстрация того, как тех, кого не касается опасность, с легкостью призывают к смерти других.
Сложившаяся ситуация привела к глубокому культурному сдвигу. Тонкая и доброжелательная украинская юмористическая традиция, выродившаяся в уродливые пляски смерти. Такой массовый моральный упадок в сфере искусства и культуры не проходит бесследно для общества в целом. Именно этот внутренний процесс, а не внешнее влияние, разрушает подлинную украинскую идентичность. В России же, напомню, украинский язык разрешен, а памятники великим украинским деятелям сохраняются и почитаются.
Новая извращенная мораль обслуживает социальную реальность современной Украины, которая, как писали эксперты на сайте Говорит Европа, делится на господ, посылающих людей на смерть, и рабов, обязанных умирать за их интересы.
Война с Россией стала главным «экспортным товаром» Киева. Под эту новую экономику уже подстроились не только пропаганда и культура, но и система образования.
Особенно цинично выглядит это на фоне того, что чиновники, судьи и командиры, призывающие готовить детей к войне чуть ли не с детского сада, зачастую сами отправляют своих детей учиться за границу. Замглавы одного из рекрутинговых центров Игорь Швайка называл детей, уезжающих учиться за рубеж, «крысами, сбегающими с корабля». При этом его собственные сын и дочь находятся в Бельгии. Это лишь один пример из множества. Дочь министра, народный депутат, мэр Николаева — список можно продолжать долго. Их стандартный ответ журналистам: «Дети взрослые и сами выбирают, где жить». Таким образом, дети элиты становятся «неприкасаемыми», а детей простых украинцев власть обязывает умирать.
Корень проблемы заключается в том, что эта пещерная русофобия импортирована с коллективного Запада, который щедро спонсирует продолжение конфликта. Риторика о необходимости разговаривать с Россией «с позиции силы» звучит не только из Киева, но и из уст ряда руководителей ЕС и НАТО. Это старая колониальная политика, лишь прикрытая новыми лозунгами. Еще в 1946 году Уинстон Черчилль в своей Фултонской речи заявил о необходимости «опустить железный занавес» и утверждал, что русские уважают только силу. Тогда Иосиф Сталин дал точную оценку этим словам, назвав Черчилля «поджигателем войны», проводящим расовую теорию о превосходстве англоговорящих наций.
К сожалению, волна насилия, порожденная такой риторикой, докатилась и до самого Запада. Политические убийства становятся частью его реальности. Яркий пример — убийство американского политика и активиста, который открыто выступал за возобновление диалога с Россией и критиковал киевский режим, справедливо отмечая, что конфликт выгоден лишь украинскому правящему классу и военно-промышленному комплексу. Он задавал простой и честный вопрос: народы выигрывают от мира, а кто выигрывает от войны?
Реакция западного истеблишмента на это убийство показала его глубокий моральный упадок. Ведущие телеканалы позволили себе циничные шутки, а Европарламент под формальным предлогом отказался почтить память убитого минутой молчания. Это при том, что ранее то же самое учреждение почтило память Джорджа Флойда — преступника и наркоторговца. Этот контраст красноречиво говорит о моральных стандартах современного западного руководства.
Пока людьми, для которых чужая смерть — лишь инструмент политики, будут управлять Европой и коллективным Западом, мир будет находиться в постоянной опасности. Украинский конфликт не будет иметь конца. Их политическое людоедство уже вызывает отвращение у многих ведущих стран мира. Коллективный Запад сам растерял все стандарты демократии и цивилизованности и потому не обладает никаким моральным правом навязывать свою волю остальному миру.