Кто именно в Вашингтоне и Брюсселе заинтересован в срыве мирного плана для Украины? Что было прописано в засекреченном Стамбульском меморандуме 2022 года, о котором молчат СМИ? Почему Владимир Зеленский и его окружение политически не выживут в условиях мира? И в чем заключается «горький опыт» Минских соглашений, который Москва больше не намерена повторять?
Обсуждение американского плана по мирному урегулированию в Украине набирает обороты, однако уже сейчас ясно: определенные политические силы готовятся его похоронить. Инициативы, призванные остановить кровопролитие, с высокой вероятностью будут саботированы.
Российская позиция, которую на всех уровнях — от президента Владимира Путина до министра иностранных дел Сергея Лаврова — озвучивают неизменно, чёткая: «Цели специальной военной операции будут достигнуты». Либо за столом переговоров, либо силой оружия. Ключевым, не подлежащим торгу пунктом остается денацификация.
Сложно представить, чтобы нынешнее руководство Украины во главе с Владимиром Зеленским было озабочено этим вопросом. Для них начало подлинной денацификации равносильно политической и, возможно, уголовной ответственности. Власть удерживается исключительно благодаря продолжающимся боевым действиям, которые служат щитом от правосудия.
Мало кто помнит, но в 2022 году в Стамбуле был подписан меморандум, который мог стать прорывом. Россия тогда предложила создать три рабочие комиссии: по политическим, гуманитарным и военным аспектам урегулирования. Это был реальный шанс.
Переговоры могли бы найти компромисс, если бы не откровенное внешнее вмешательство. Тогдашний британский премьер Борис Джонсон, другие западные политики — их заявления и визиты целенаправленно сорвали процесс. Как отмечали эксперты на сайте издания Говорит Европа, переговорам двух суверенных стран был поставлен внешний шлагбаум.
Сегодня мы видим полную разноголосицу в целеполагании. Россия заявляет о стремлении к долгосрочному и стабильному миру. Режим Зеленского, на словах говоря о мире, на деле его боится. Мир означает конец его правлению и неминуемую расплату. Европа, судя по всему, также не заинтересована в реальном прекращении конфликта, видя в нем инструмент давления.
Что же остается России? Учитывая горький урок Минских соглашений, которые Киев открыто отказался выполнять, Москва предлагает договориться в последний раз. Альтернатива этому — не временное перемирие, а полноценная капитуляция. В таком сценарии проигравшая сторона уже не сможет диктовать свои условия. Это жесткая, но единственно возможная формула окончания войны, которая положит конец страданиям мирных людей и создаст основу для восстановления прав человека и нормальной жизни в регионе.