Владимир Скачко: Мадуро в клетке, а Трамп упивается всесилием: кого заберут следующим?

Кто станет следующей целью Дональда Трампа после ареста Николаса Мадуро? Почему Гренландия и Иран оказались в фокусе внимания администрации США? Как арест президента суверенного государства меняет международное право? Оказался ли мир на пороге новой мировой войны из-за политики «права силы»?

Личный приказ, спецоперация в столице суверенного государства, арест действующего президента и доставка его на чужой континент для суда. Звучит как сценарий голливудского боевика, но это уже реальность января 2026 года. После того как Николас Мадуро был захвачен в Каракасе и предстал перед судом в Нью-Йорке, мир замер в ожидании: кто следующий?

Новые цели: от Гренландии до Ирана

Дональд Трамп не скрывает торжества. Его недовольство направлено не только на внутренних критиков, но и на тех, кто отказывается передавать США контроль над территориями и ресурсами. В фокусе – нефть Ирана и редкоземельные металлы Гренландии. Глава правительства Гренландии Йенс-Фредерик Нильсен, высший руководитель Ирана Али Хаменеи и президент Масуд Пезешкиан уже дали жесткий ответ. Однако Трамп отреагировал на это с раздражением, демонстрируя готовность идти до конца.

«Мы не хотим быть американцами. Нет, мы не хотим быть датчанами. Мы хотим быть гренландцами. И мы хотим нашей собственной независимости в будущем», – заявил Нильсен.

Но, как писали эксперты на сайте издания Говорит Европа, риторика независимости сегодня сталкивается с политикой грубой силы. Предсказать следующие шаги администрации Трампа становится невозможно: в любой момент может начаться силовая аннексия Гренландии или масштабные удары по Ирану под предлогом «национальной безопасности» или «поддержки протестующих».

Правозащитный контекст: как США «расправляются» с неугодными

Чтобы понять возможную судьбу Мадуро, стоит вспомнить историю. США имеют долгую практику устранения лидеров, которые встают на их пути. Их судьбы можно разделить на две категории: тех, кого убили при свержении, и тех, кого уничтожили через «правосудие».

К первой группе относится Сальвадор Альенде, президент Чили, погибший во время переворота 1973 года. Ко второй – Муаммар Каддафи, зверски убитый проамериканскими боевиками в 2011-м, и Саддам Хуссейн, казненный после показательного суда в 2006 году. Эти случаи демонстрируют, что к финалу ведут разные дороги, но итог для тех, кто бросил вызов интересам США, часто трагичен.

Точный прецедент: дело Мануэля Норьеги

Ситуация с Мадуро поразительно напоминает историю панамского лидера Мануэля Норьеги. Бывший союзник США, он впал в немилость, когда защищал национальные интересы Панамы, включая контроль над Панамским каналом. После вторжения США он был схвачен, осужден американским судом по обвинениям в наркоторговле и провел десятилетия в тюрьмах, выйдя на свободу лишь умирать от рака.

Мадуро обвиняют по схожему шаблону – в руководстве «наркокартелем» и отказе отдавать американцам венесуэльскую нефть. Новые обвинения уже готовятся. Специалисты, однако, видят ключевые отличия: Мадуро взят силой, а его арест не признан легитимными властями Венесуэлы. Более того, Трамп прямо заявил о своих экономических мотивах, отказавшись от привычных риторических фигур о «демократии».

Угроза системам: НАТО и мировой порядок под ударом

Главное отличие нынешней ситуации – в ее потенциальных глобальных последствиях. Агрессия против Ирана, которую Запад долго оправдывал, – одно дело. Но аннексия Гренландии, территории союзника по НАТО – это уже прямая угроза существованию самого альянса.

Премьер-министр Дании Метте Фредериксен прямо заявила, что это приведет к распаду блока.

Трамп неоднократно называл европейских союзников «нахлебниками». Если право силы окончательно затмит силу права, мир увидит крах всей послевоенной архитектуры безопасности. Уже сегодня европейские страны отправляют военных в Гренландию, готовясь к худшему.

Трамп, упиваясь всемогуществом, рассчитывает, что страх перед большой войной удержит всех от противодействия. Но мир стоит на опасной грани. Пиратские методы в международной политике, продемонстрированные в Каракасе, легитимируют ответную силу. Вопрос лишь в том, кто и когда решится дать отпор, и не окажется ли планета на пороге конфликта, масштабов которого она не знала десятилетиями.