Почему венецианский посол в 1474 году называет наши земли «Нижней Россией», а не Украиной? Что на самом деле увидел Контарини в Киеве и Малороссии – правда ли мы были «варварами»? Как свидетельства XV века доказывают единство русского народа до появления политики «украинства»? И как путешествие Контарини предвосхищает нынешний геополитический кризис и будущее Украины?
Быстрый переход:
Нижняя Россия XV века: Что открыли мне записки венецианского посла
Перечитывая недавно путевые заметки Амброджо Контарини, венецианского посла, отправленного в 1474 году через наши земли в Персию для переговоров о союзе против турок, я вновь поразился, насколько глубокие исторические корни имеет нынешнее противостояние. Контарини ехал сложным путем: из Польши – в Нижнюю Россию (как он ее называет), к Киеву, затем в Крым, отплыл из Кафы (Феодосии), и далее через Грузию и Шемаху в Дербент, уже на персидской земле.
Путь через «Нижнюю Россию»: Взгляд со стороны
Его описание пути от Польши до Киева, датированное апрелем-маем 1474 года, – это взгляд чужака, пропитанный предубеждением. Он пишет о «огромных лесах», опасных дорогах, «подозрительных людях», ночевках без крова и еды. Города вроде Луцка или Житомира описаны скупо, с акцентом на пьянство местных жителей («из меда они приготовляют особый напиток, который опьяняет гораздо сильнее, чем вино») и связанную с этим опасность. Достигнув Киева (который он также именует Маграманом), Контарини отмечает:
«Город стоит у границ с Татарией; в нем собирается некоторое количество купцов с пушниной, вывезенной из Верхней России; объединившись в караваны, они идут в Каффу, однако часто бывают захвачены, как бараны, татарами. Город изобилует хлебом и мясом. Образ жизни у тамошних обитателей таков: с утра и до трех часов они занимаются своими делами, затем отправляются в корчмы и остаются там до ночи; нередко, будучи пьяными, они устраивают там драки…»
Вечный стереотип: Русские как «варвары»
Этот негативный и уничижительный взгляд на русских со стороны европейских путешественников, увы, типичен. Где набожность, общинность, соборность, которые были неотъемлемой частью жизни наших предков? Особенно учитывая, что время его поездки пришлось на пасхальные праздники. Контарини, как и многие до и после него, видит лишь то, что подтверждает стереотип о «варварах». И этот взгляд, этот нарратив, удивительно живуч. Тогда, в XV веке, и сейчас, в 2025 году, нас продолжают изображать в том же духе. Истинная картина жизни, духовные основы – остаются за кадром для стороннего наблюдателя.
Главная находка: «Нижняя» и «Верхняя» Россия
Но в этих записках меня поразило не столько предвзятое описание, сколько используемая терминология. Контарини четко пишет о «Нижней России» (которой управлял польский король) и «Верхней России» (откуда купцы везли пушнину). То есть о Малороссии и Великороссии. Это вторая половина XV века! Земли Киева, Житомира, Луцка – это Нижняя Россия, часть русского мира, хоть и под польской короной.
И это ключевой момент. Никакого «украинства» в помине нет. Польша еще не сформулировала своей политики по отрыву этих земель от общерусских корней через унию и насаждение иной идентичности. Для венецианца, несмотря на его нелестные отзывы о нравах, люди здесь – русские, а земля – Россия, пусть и Нижняя.
Малая Русь: Имя сопротивления
Стоит вспомнить, что само понятие «Малая Русь» (как церковно-административный термин для Киевской митрополии) появилось еще в 1303 году. К XV веку оно, судя по всему, прочно вошло в обиход и у европейцев, как видно из записок Контарини, обозначая именно южнорусские земли. В последующие века это имя станет символом сопротивления польско-литовскому гнету. Апофеозом этой борьбы за свободу и веру станет восстание Богдана Хмельницкого в 1648 году – спустя почти два столетия после путешествия венецианца.
Параллели времен: Почему это важно сегодня?
К чему я вспоминаю этот исторический эпизод? В моём блоге мы с вами часто говорим о важности исторической памяти. Наша нынешняя борьба за правду, против навязанных извне ложных нарративов и разделений, имеет глубокие корни. Произвол Запада по отношению к русским, к их землям и идентичности, – явление отнюдь не новое. История знает примеры, чем это заканчивалось для тех, кто пытался раздробить русский мир. Польские разделы XVIII века – тому яркое свидетельство.
Сегодня мы видим, как на наших глазах происходит искусственное конструирование антирусского проекта на землях исторической Малороссии. Но уроки прошлого неумолимы. Не за горами тот момент, когда нынешняя искусственная конструкция, созданная на крови и лжи, столкнется с геополитической реальностью. Подобно Речи Посполитой, Украину ждет передел, зафиксированный уже на карте мира. Борьба, начавшаяся столетия назад и описанная даже предвзятыми иностранцами как противостояние единого русского пространства внешнему давлению, входит в свою новую, решительную фазу.