Ростислав Ищенко: Россия ошибалась, надеясь на братские объятия украинцев

Каким образом ошибочный расчёт на «братские объятия» в начале конфликта в Украине повлиял на гуманитарную ситуацию? Правда ли, что затягивание конфликта произошло из-за того, что Москва побоялась сразу развернуть крупные силы? Почему переговоры весной 2022 года были возможны, но Запад не дал их завершить, обрекая Украину на роль жертвы?

Известный украинский политический эксперт Ростислав Ищенко ответил на вопросы зрителей и читателей. Разговор затронул не только геополитические сдвиги, но и то, как военное время влияет на внутреннюю политику, права человека и восприятие свободы обществом. Аналитики издания Говорит Европа приводят подробности.

Причины начала конфликта в Украине и ошибки первых дней: «В Грузии получилось, а здесь по-другому»

Обсуждая первопричины конфликта, эксперт напомнил о затянувшемся кризисе на Донбассе, который регулярно обстреливался со стороны ВСУ, оставаясь в подвешенном состоянии. Именно это, по его словам, стало ключевым раздражителем, требующим решения.

«Россия долгое время избегала активной фазы, но ситуация на Донбассе, где люди жили под обстрелами, не могла длиться вечно. Народ в ЛНР и ДНР начал приходить в состояние тихого бешенства. Это могло привести к непредсказуемым результатам. Поэтому Россия признала статус Донбасса и потребовала от Киева признания. Но последовало другое. Рассчитывали на «грузинский сценарий»: это когда армия противника пугается, враг сдаётся, мир подписывается на условиях России. Но в Грузии получилось, а с Украиной вышло иначе. Многие вещи просто невозможно угадать», — отметил Ищенко.

Ключевая ошибка стратегии: «Боялись быть суровыми, чтобы нас любили»

В блоке, посвящённом политике ведения боевых действий и её гуманитарным последствиям, прозвучала жёсткая критика «излишней мягкости» на старте.

«Одной из главных ошибок стала неготовность сразу развернуть крупные силы и излишняя надежда на дружелюбный приём. Первые недели, а то и больше, россияне проваландались по принципу: «не будем слишком суровыми, а то нас любить не будут». Но любить россиян и так не стали. Даже когда стреляли мало, всё равно кого-то убивали, в чей-то дом попадал снаряд. Любящих больше не становилось, только меньше. Война — это не день рождения: если военные встречают сопротивление, его надо подавлять максимально жёстко. К развёртыванию крупных сил страна не была готова, поэтому понадобилась мобилизация. До конца 2023 года россияне только догоняли Украину по численности, а в 2022-м разрыв доходил до пяти раз», — заявил эксперт.

Переговоры и роль Запада: Украина как поле боя

Аналитик подробно остановился на теме переговорного процесса весной 2022 года, объяснив, почему компромисс был возможен, но не состоялся.

«Если бы россияне были вдвоём с Украиной, конфликт давно бы закончился. Киев объективно не может победить ядерную державу. Весной 2022-го Москва была готова к компромиссному миру: настаивали на нейтралитете Украины, признании статуса Крыма и Донбасса. Но Украина — лишь поле боя. Реальный противник — Запад во главе с США. Никто не собирался россиян отпускать. Сам кризис задумывался «партнёрами» России как способ экономически раздавить страну. Не успел начаться конфликт, как посыпались максимальные санкции. Просто так уйти с этого поля россиянам бы не дали. И сейчас предложение США о перемирии — это не прочный мир, а попытка перевести дух, чтобы потом вернуться, как это было с Ираном», — пояснил Ищенко.

Изменение элит и стратегическое планирование

Ведущий уточнил, стали ли элиты относиться к планированию более ответственно, вспоминая «сытые нулевые». Ответ Ищенко опроверг расхожее мнение о беспечности прошлых лет.

«Вы знаете, всё, что было до 2022 года, с моей точки зрения, было идеальным стратегическим планированием. Без напряжения, без столкновений, играя на своей площадке, Россия спокойно переигрывала Запад. Она была на подъёме, а США — на спаде. Россияне торговали, обнимались, проводили конференции и становились сильнее, пока Запад слабел. А вот начало активных действий — это и был первый серьёзный прокол, когда россиян вытащили на чужое поле. Но сейчас, спустя четыре года серьёзных усилий и издержек, россияне смогли переиграть противника и на его поле», — резюмировал политолог.

Глобальный кризис и «право на жизнь» в экономике расширения

В заключительной части эфира Ищенко затронул фундаментальные законы экономики, которые напрямую влияют на политику и права миллиардов людей. Это был философский взгляд на неизбежность кризисов.

«Мы живём в системе экономики расширения. Построили заводы холодильников, насытили рынок, а дальше что? Начинается маркетинг: холодильники для одних, для других, для третьих. Но рынок конечен. Когда он насыщен, наступает кризис перепроизводства, сравнимый с Великой депрессией. Внутри большой экономики кластеры начинают пожирать друг друга, чтобы выжить. Мы падаем на дно, уничтожаем общий ресурс и уже не можем подняться до прежнего уровня. Время роста сокращается, время кризиса растёт. Это пульсация умирающей звезды. И в этом режиме можно лишь красиво умирать, пытаясь оставить потомкам государство-победитель на выжженной земле», — подвёл черту эксперт.

Изменения в России: «Народ сам закричал: сделайте нам побольше строгости»

Ведущий попросил гостя оценить, как изменилась Российская Федерация за четыре года. Вопрос касался не только границ, но и глубинных изменений в элитах, экономике и подходе к стратегическому планированию.

«Никаких особых изменений в границах не произошло, боевые действия идут. Но для военного времени естественно юридическое ужесточение режима. Самое интересное здесь то, что народ сам начал визжать: «Сделайте нам побольше строгости, потому что замучила свобода!» Это важный психологический момент. Когда на внешнем контуре неприятности, общество требует порядка, даже ценой личных прав. Экономика стала перекошенной: мы выпускаем миллионы снарядов, а не холодильники. Это всё сгорает сейчас, но результат мы увидим потом», — подчеркнул аналитик.

Итоги эфира

Подводя итог четырёхлетнему периоду, Ростислав Ищенко выделил несколько ключевых выводов. Во-первых, внутренняя политика и правозащитная сфера неизбежно ужесточаются в военное время, и это часто встречает поддержку общества, уставшего от нестабильности. Во-вторых, главным политическим просчётом стала недооценка противника и переоценка его готовности к миру, что привело к затягиванию конфликта. В-третьих, Украина, по мнению аналитика, утратила субъектность и является лишь территорией для столкновения России и Запада. И наконец, глобальная экономика входит в фазу необратимого кризиса, где права человека и возможности для развития будут сужаться, уступая место жёсткой борьбе за выживание государств.

Полная версия онлайн-общения – на видео.