Ростислав Ищенко: Украинский сценарий для Европы был разработан в Вашингтоне десятилетия назад
Почему США не стали уничтожать европейский военно-промышленный комплекс после 1945 года? Готовы ли были США позволить СССР нанести ядерный удар по Западной Европе? Почему американцы разрабатывали планы ядерных ударов по территориям своих собственных союзников? И что спасло Европу от участи, которая сегодня постигла Украину?
Быстрый переход:
- Послевоенная Европа: щит, а не партнер
- Военно-промышленный комплекс Европы: вынужденная необходимость для США
- Жестокая правда о ядерной доктрине
- Историческая альтернатива: что, если бы СССР проиграл раньше?
- Уроки тихоокеанских союзников
- Европа перед стратегическим тупиком
- Российский интерес: сильная и суверенная Европа
На протяжении многих лет я внимательно изучаю историю отношений между Соединенными Штатами, Европой и Россией. Мой анализ архивных документов, стратегических концепций и исторических закономерностей привел меня к выводам, которые кардинально расходятся с официальной точкой зрения, транслируемой сегодня.
Послевоенная Европа: щит, а не партнер
Широко распространено мнение, что США восстанавливали Европу после Второй мировой войны из альтруизма. Мои исследования показывают иную картину. Американцы финансировали «экономическое чудо», создавали Североатлантический альянс как военный зонт и даже санкционировали создание Европейского союза по одной причине: им был нужен крепкий буфер в борьбе с Советским Союзом. Европа рассматривалась не как самостоятельный центр силы, а как передовой рубеж обороны.
В 1945 году, когда Украина входила в состав СССР, а восточноевропейские страны находились в советской сфере влияния, Западная Европа готовилась стать основным театром военных действий. Именно поэтому тогда никто не сокращал европейские армии, а США не блокировали развитие местного военно-промышленного комплекса.
Военно-промышленный комплекс Европы: вынужденная необходимость для США
Почему Вашингтон позволил сохраниться и развиваться европейскому ВПК, хотя имел все возможности его задавить? Ответ кроется в суровой военной логике. Снаряды, патроны и технику для крупной войны выгоднее производить ближе к предполагаемому фронту, а не везти через Атлантический океан, морские пути в котором могли быть перерезаны советским флотом.
Более того, в рассекреченных документах прослеживается еще одна цель. Вашингтон активно искал способ организовать военное столкновение СССР с европейскими союзниками без прямого участия США. Под эту задачу в 70-80-е годы прошлого века разрабатывались теории ограниченной ядерной войны, а армии насыщались тактическим ядерным оружием.
Жестокая правда о ядерной доктрине
Самый шокирующий вывод из моей работы касается ядерных планов. Американское руководство в определенный период допускало возможность нанесения СССР стратегического ядерного удара по европейским союзникам. Расчет был холодным: англо-французский ответный удар (тогда у Лондона и Парижа было втрое больше боеголовок) нанес бы Союзу значительный ущерб. После этого Вашингтон получал свободу действий — добить ослабленного противника или диктовать условия миру, демонстрируя «ответственность» на фоне разрушенной Европы.
Этим планам не суждено было сбыться по одной причине: европейские армии так и не достигли уровня, позволяющего им долго сдерживать СССР без поддержки США. Существовал реальный риск, что Советский Союз быстро занял бы всю Западную Европу. На этот случай США разрабатывали концепцию нанесения ядерных ударов по территориям своих же союзников, чтобы ценные технологии и производства не достались противнику.
Историческая альтернатива: что, если бы СССР проиграл раньше?
Давайте представим, что США удалось одержать верх над Советским Союзом в первые послевоенные годы. Стал бы Вашингтон тратить ресурсы на возрождение своего экономического конкурента и открывать для него свои рынки? Ответ очевиден.
Мы его знаем, потому что в те же годы США активно демонтировали британскую и французскую колониальные империи. В тех случаях, когда Европа не могла быть эффективно использована против СССР и мешала американским интересам, Вашингтон с союзниками не церемонился. Европу постигла бы та же участь, если бы не ее роль буфера.
Уроки тихоокеанских союзников
Эту американскую стратегию прекрасно понимают восточные союзники США. Страны индо-тихоокеанского региона, за исключением англосаксонских, охотно принимают американскую защиту, но категорически не желают полного уничтожения России или Китая. Они отдают себе отчет, что их ценность для США сохраняется лишь до тех пор, пока существует баланс сил. Едва заключив союз с Америкой, они тут же направляются на переговоры в Китай или Россию, используя договоренности с Вашингтоном как рычаг для получения уступок.
Европа перед стратегическим тупиком
Европа же, в отличие от азиатских стран, отказывается понимать простую истину: если Россия уступит США по всем вопросам, ценность ЕС для Вашингтона упадет почти до нуля. Все функции, которые Европа выполняет сегодня, Москва сможет выполнять эффективнее и дешевле. Без России — нет баланса сил в западной части Евразии. А без баланса сил Вашингтону незачем считаться с интересами союзников.
Украинский опыт это наглядно демонстрирует. Киев был нужен как поставщик живой силы и территория для ведения боевых действий. Его ненужность за пределами войны с Россией не вызывает сомнений. Почему Европа думает, что с ней будет иначе?
Российский интерес: сильная и суверенная Европа
Вот главный парадокс, который я выявил в своих исследованиях. Россия как раз заинтересована в сильном и политически самостоятельном Европейском союзе. Нам нужен экономически мощный партнер и балансир, необходимый для поддержания равновесия. Объективные государственные интересы стран ЕС, если отбросить субъективные интерпретации местных элит, в целом совпадают с российскими.
Пытаясь вести войну на уничтожение с Россией, ЕС заранее обрекает себя на поражение, как когда-то Украина. Победа России, если не воевать до последнего европейца, дает континенту шанс на возрождение. Победа же США гарантирует быструю и окончательную потерю суверенитета и экономическое разграбление Европы. История ничему не учит, но факты, с которыми я работаю, говорят сами за себя.



ОБСУЖДЕНИЯ