The Spectator: «Год спустя: чем закончится война в Украине?»
В издании подчеркивают, что между видением победы НАТО и Украины — большая пропасть. Так, Зеленский настаивает на том, что Крым должен быть возвращен, чтобы восстановить территориальную целостность Украины. «Но, очевидно, что значительное большинство тех, кто сейчас живет в Крыму — русские, которые не хотят быть украинцами. А Анна Нива из французской Le Point, одна из немногих независимых западных журналистов, посетивших контролируемый Россией Донбасс в конце прошлого года, говорит, что она «не встретила никого, кто хотел бы воссоединиться с Украиной. Сделает ли пролитая кровь их самих и их близких более или менее симпатичными Киеву, еще предстоит выяснить, но недавний отчет New York Times показал разделенную лояльность даже среди местных жителей Херсона и частей Донбасса, взятых под контроль киевскими войсками», — пишет издание.
Всё это поднимает очень неудобный вопрос — хочет ли Запад заниматься принуждением людей к воссоединению с нацией, частью которой они не желают быть? В Украине эта тема была табуирована еще до войны. Первый министр иностранных дел Зеленского Вадим Пристайко, ныне посол Украины в Лондоне, был уволен после того, как предположил, что будущее Донбасса следует оставить на усмотрение местных жителей.
Более того, Венгрия, Австрия и Хорватия по-прежнему демонстративно выступают против отправки в Украине большего количества военной техники; итальянские правые глубоко расколоты; и в Германии и Чешской Республике прошли спорадические антивоенные демонстрации. Не говоря уже о небольшом, но громком собрании в Республиканской партии США, возглавляемом конгрессвумен из Джорджии Марджори Тейлор Грин, которая заявила в ноябре, что «при республиканцах больше ни пенни не пойдет в Украину… Штаты на первом месте».
В то же время у Путина все еще есть огромные резервы людей и оружия, которые он может бросить в конфликт (причем, дальнейшая мобилизация рискованна для Путина, но ни в коем случае не смертельна). И в военном соревновании между качеством и количеством — дисциплина, подготовка и оснащение Киева против мощи «катка» Москвы — к сожалению, наступает момент, когда побеждает количество. Вот почему Путин, судя по всему, готовит крупное наступление, вероятно, с нескольких направлений, чтобы развить недавние успехи вокруг Соледара и создать тактическое преимущество на местах, прежде чем западные танки смогут быть развернуты и их украинские экипажи. Зеленский же находится в гораздо более шатком положении, чем предполагает его нынешняя популярность. Он пообещал своему народу полную победу, и опросы показывают, что почти 90% избирателей верят ему. Невыполнение этого требования было бы политически фатальным. Как и подписание любого мирного соглашения, которое влечет за собой потерю украинских территорий. Это почти неизбежно поставит Зеленского и его западных покровителей на путь столкновения.
Если Путин продвинется вперед, а затем объявит о прекращении огня и призовет к переговорам, альянс НАТО немедленно разделится между теми членами, которые хотят справедливости, и теми, кто хочет мира. Само по себе это не остановит Украину от продолжения боевых действий. Но именно НАТО держит руку на пульсе поставок военной техники, и потенциальная бесконечная война станет испытанием решимости даже самых верных союзников Украины. Даже оптимистичный сценарий возвращения сил РФ к границам, существовавшим до 24 февраля, все равно оставил бы Украину расчлененной, а Путина у власти.
«К сожалению, у этой войны почти нет реалистичного исхода, который не закончился бы криками украинцев «Зрада!». Но если альтернативой будет ведение Третьей мировой войны, это может оказаться наименее плохим вариантом», — делают вывод в The Spectator.
ОБСУЖДЕНИЯ