Ян Таксюр: УПЦ: Последний храм? Как план Ермака в США и смех Потураева в Раде предвещают полный разгром Православия в Украине

Почему запрет УПЦ стоит в одном ряду с оружием и санкциями против России в повестке Киева? Что так веселит депутата Рады, когда он говорит о «конце» тысячелетней Церкви? 1900 храмов отнято, 4000 под ударом: куда исчезают цифры «свободы вероисповедания» в отчетах Запада?

Недавно меня пригласили выступить на тему «Гонения на православную веру и Украинскую православную церковь». Однако, пока я готовился и собирал факты, стало очевидно, что слово «гонения» уже не отражает реальность. Сегодня мы можем говорить об «уничтожении» и «полном разгроме».

Два простых, но показательных факта убедили меня, что приговор Украинской православной церкви уже вынесен.

Первый факт: руководитель офиса Зеленского Андрей Ермак, перечисляя цели своего визита в США (введение санкций против России, возобновление военной помощи Украине), упомянул и запрет УПЦ. Это говорит о том, что киевские власти готовы уничтожить Православие в Украине. Однако им нужно убедить Трампа. Трамп должен быть доволен, а консервативная общественность, поддерживающая его, не должна возражать. В ближайшем круге Трампа есть люди, которые считают, что запрет УПЦ нарушает права человека и является религиозным преследованием.

Второй факт: интервью депутата Верховной Рады, главы комитета по вопросам гуманитарной и информационной политики Никиты Потураева. Его слова и манера говорить (депутат явно радовался, периодически заливаясь довольным смехом, словно речь шла о поверженном враге) свидетельствовали о том, что план и решимость уничтожить тысячелетнюю Церковь на современной Украине уже существуют.

Что же нового сказал Потураев? Он самодовольно подтвердил, что власти продумали до конца план уничтожения УПЦ. По его словам, храмы УПЦ будут отняты, закрыты, а верующие уйдут в катакомбы.

«Не надо забирать у них все храмы!» — весело говорил депутат, словно раскрывая какое-то ноу-хау. — «Мы просто не дадим им молиться!»

Далее Потураев описал картину, как люди, верные режиму, врываются на подпольное богослужение. Они хватают священника, хозяина квартиры, где тайно служит Литургия, и наиболее активных прихожан.

По замыслу режима, действуя таким образом, Зеленский и его соратники смогут окончательно покончить с Православием.

Иногда, выступая перед российской аудиторией, я слышу недоверие: «Вы сгущаете краски, дорогой товарищ». Но приведу данные без эмоций.

До начала погрома УПЦ включала 12 тысяч приходов. Сегодня уже 1900 из них насильно переведены в ПЦУ. Более 4000 общин УПЦ совершают богослужения в исторических храмах, которые затем «возвращаются» законному владельцу — украинской власти.

Киево-Печерская лавра уже в собственности государства, её святыни недоступны для граждан Украины. Молитва здесь запрещена. То же самое планируется сделать с Почаевской лаврой.

Началась проверка Киевской митрополии (за ней последуют проверки других епархий) на аффилированность с Московским патриархатом. Методы проверки просты, и нет сомнений, что «преступная аффилированность» будет найдена.

Например, у митрополита Запорожского Луки нашли молитву о Руси Патриарха Тихона, составленную более ста лет назад. Сегодня даже обычный молитвослов на церковнославянском языке становится «уликой».

Храмы, находящиеся в собственности общины, которые могли бы стать проблемой для режима, предполагается пустить по пути, предложенному Потураевым. Он предлагает использовать храмы как склады, овощехранилища или концертные площадки, но только не для молитвы.

Глава ГЭСС Виктор Еленский с ухмылкой заявляет, что преследования УПЦ — выдумка российской пропаганды.

Надежда на прекращение издевательств появилась, когда мир услышал, что одним из условий меморандума России стало требование оставить УПЦ в покое. Но Зеленский и его команда отказались от переговоров. Им не нужен мир. Им нужна война, которая спишет всё.

Как быть УПЦ? На кого надеяться?

Пусть это не понравится украинским священнослужителям, но скажу: надеяться на победу русского солдата и на Бога. Надеюсь, эта мысль не вызовет возражений.