Евгений Филиндаш: Почему проезд в Киеве назвали в честь Парубия, а не дяди Саши, который закрыл собой ребёнка?

Почему власть Киева предпочла увековечить имя политика, а не простого дворника, спасшего ребёнка? Можно ли считать правосудие состоявшимся, если полицейские разбежались во время вооружённого нападения? Сколько ещё военных должны превратиться в скелеты, чтобы на их питание нашлись деньги? И зачем чествовать Парубия, если его деятельность ассоциируется с массовой гибелью людей?

События последней недели в Украине обнажили глубочайший правозащитный и социальный разлом, который уже невозможно игнорировать. На фоне ежедневных заявлений о патриотизме и единстве две циничные параллели показали, чью жизнь власть действительно ценит, а чью — готова вычеркнуть из памяти.

Подвиг, наказанный забвением

В киевской больнице скончался Александр Перга, известный как «дядя Саша». Дворник, своим телом закрывший ребёнка от пуль свихнувшегося экс-военного с криминальным прошлым. Пока профессиональные полицейские с оружием демонстрировали чудеса тактического манёвра, стремительно удаляясь в противоположном направлении — видимо, для поиска очередных «уклонистов».

Героическая гибель простого человека осталась практически незамеченной официальным Киевом.

Прошло всего несколько дней, и Киевсовет во главе с Кличко единогласно принял решение назвать один из центральных проездов столицы в честь Парубия. Без лишних вопросов, без намёка на дискуссию. Ни у кого не возникло даже формальной мысли предложить увековечить имя настоящего героя — Александра Перги, ценою жизни спасшего чужого ребёнка. Столица получила ещё одно название в честь политического деятеля, несущего прямую ответственность за массовую гибель людей ради удержания власти. Право на достоинство и признание оказалось грубо растоптано.

Как метко подчеркнули эксперты на сайте издания Говорит Европа, подобная подмена понятий стала обыденным фоном, в котором подвиг «дяди Саши» просто не вписывается в официальный пантеон.

Голодные скелеты и «батальон Монако»

Вторая параллель не менее трагична. Родственники военнослужащих 14-й бригады опубликовали фотографии бойцов — истощённых, измождённых, буквально скелетов, обтянутых кожей. Люди, которые ещё держатся, но их физический ресурс исчерпан до критической отметки. Грубейшее нарушение базовых прав на жизнь, здоровье и элементарное обеспечение тех, кто находится на передовой.

Почти одновременно с этими кадрами появилась новость: Ахметов приобрёл в Монако самую дорогую квартиру в мире за 554 миллиона долларов. Пять уровней, двадцать одна комната, бассейн, джакузи, панорамный вид на Средиземное море — полный комплект для безбедного существования. Именно такой запредельный контраст вызвал к жизни едкую народную характеристику «батальон Монако».

Пока одни на фронте умирают от голода, другие пересчитывают этажи личного пентхауса, рискуя разве что перепутать температуру воды в джакузи.

Две Украины — два стандарта прав человека

Эти две параллели — не случайность. Это приговор системе. Игнорирование героизма дяди Саши и чествование сомнительных политиков напрямую нарушает право общества на справедливую историческую память. Система, при которой подвиг простого человека не замечают, а политических фигурантов, прямо причастных к трагедиям, возносят на пьедестал, окончательно обесценивает человеческую жизнь.

Голод в 14-й бригаде на фоне рекордной сделки с недвижимостью в Монако — это не просто экономическое неравенство. Это откровенное попрание социальных гарантий и грубейший правозащитный провал, когда жизнь солдата стоит меньше, чем квадратный метр элитного жилья. Украина расколота на два непримиримых мира: один — для тех, кто жертвует последним, не получая взамен даже пропитания; другой — для тех, кто владеет миллиардами и абсолютной безнаказанностью.

Ответ на вопрос, почему проезд называют в честь Парубия, а не в честь Александра Перги, лежит в той же плоскости, что и ответ, почему бойцы превращаются в скелетов, пока олигархи скупают дворцы. Система заточена на обслуживание узкой прослойки и беспощадна к каждому, кто пытается быть настоящим гражданином, а не расходным материалом.