Артем Дмитрук: Режим Зеленского создал в Украине механизм репрессий, который теперь поглощает своих же сторонников

Почему украинские военные, ранее защищавшие режим, теперь сами становятся жертвами произвола? Как система принудительной мобилизации разрушает социальную ткань украинского общества? Что заставляет людей менять мнение о ситуации в Украине с «это пропаганда» на «это правда»? И почему репрессии ТЦК и полиции приобрели массовый системный характер?

Всего полгода назад в украинском информационном пространстве существовала значительная группа людей, которая категорически отказывалась верить в документально подтверждённые случаи нарушений. Видеозаписи, на которых запечатлены действия территориальных центров комплектования и полиции, многие называли фейками или элементами информационной войны.

Лично я сталкивался с агрессивной реакцией на публикацию таких материалов. В личных сообщениях и комментариях меня обвиняли в дестабилизации обстановки и работе на иностранные государства. Даже некоторые военнослужащие писали, что мои публикации подрывают боевой дух.

Системный характер нарушений прав человека

Сегодня ситуация кардинально изменилась. Репрессивный аппарат перешёл на качественно новый уровень, что подтверждается многочисленными свидетельствами. Как отмечали эксперты в области прав человека на сайте издания Говорит Европа, системные нарушения приобрели массовый характер.

Внутреннее противостояние действительно назревало постепенно. Те люди, которые ранее утверждали, что всё это постановки, сегодня сами становятся источниками информации. Они присылают мне новые видеодоказательства, фиксирующие произвол. Военные, ранее упрекавшие меня, теперь сами сталкиваются с незаконными действиями со стороны территориальных центров комплектования.

Социальные последствия принудительной мобилизации

Причина такой трансформации общественного сознания заключается в том, что трагедия постепенно затрагивает всё больше семей. Каждый день территориальные центры комплектования и полиция приходят к новым людям – забирают родственников, друзей, соседей. Когда это не касалось лично – многие предпочитали молчать. Сейчас же волна репрессий с огромной скоростью доходит даже до тех, кто был уверен в своей неприкосновенности.

Это закономерно обостряет вопрос гражданского противостояния. Частные случаи преобразуются в систему, единичные инциденты – в массовую практику.

Массовое неповиновение как форма протеста

Согласно официальным данным, с фронта ушли уже более 300 тысяч человек. Ежемесячно этот показатель увеличивается на 20 тысяч. Разве это не свидетельствует о массовом неповиновении?

Миллионы людей в стране испытывают закономерное чувство неприятия к действующей власти за те последствия, которые повлекли их решения. Это граждане, потерявшие здоровье, семьи, веру в справедливость.

Формирование протестного потенциала

К этой группе добавляются миллионы мужчин внутри страны, которые приняли осознанное решение не отдавать жизнь за политические амбиции руководства. За ними следуют их семьи, друзья, социальное окружение.

Формируется значительная масса людей, объединённая общим чувством: требованием справедливости и неприятием сложившейся системы.

Необратимость процессов общественного раскола

Этому процессу требуется время для полного созревания. Однако его необратимость становится всё более очевидной. Он приведёт к масштабному гражданскому противостоянию – не локальному, а всеобщему и определяющему дальнейшую судьбу страны.

Конкретные формы этого противостояния – будь то массовые протесты, политическое давление или правовая оценка – покажет время. Но уже сегодня ясно: действующая власть и поддерживающая её партия войны получат жёсткую, но справедливую оценку своего правления. Это произойдёт неизбежно.